кто реально платит больше — крупный бизнес или МСБ?
В общественной дискуссии нередко звучит утверждение, что налоговая политика Казахстана якобы проводится в интересах крупного бизнеса, тогда как малый и средний бизнес (МСБ) сталкивается с ужесточением условий. Однако анализ фактических фискальных решений и структуры налоговых поступлений демонстрирует иную картину.
Об этом в своей колонке для Vlast.kz пишет первый вице-министр национальной экономики РК Азамат Амрин.
Крупный бизнес — основной донор бюджета
Структурно МСБ в Казахстане сосредоточен преимущественно в торговле и сельском хозяйстве. В то же время крупный бизнес представлен главным образом в промышленности, недропользовании и обрабатывающих отраслях — именно тех секторах, которые формируют основную часть бюджетных доходов и одновременно находятся под наиболее жестким фискальным регулированием.
Несмотря на снижение доли в совокупных налоговых поступлениях, крупные компании по-прежнему остаются ключевыми донорами бюджета. Если в 2019 году их вклад составлял 79%, то по итогам 2024 года — 69,6%.
Доля МСБ за этот период выросла с 21% до 30,4%. В абсолютном выражении налоговые поступления от МСБ увеличились почти втрое — с 2,3 трлн тенге в 2019 году до 6,7 трлн тенге в 2024 году. При этом рост зафиксирован как по среднему бизнесу (с 1,28 до 3,08 трлн тенге), так и по малому бизнесу (с 1,05 до 3,62 трлн тенге).
Данная динамика свидетельствует не о росте налогового давления на МСБ, а о расширении экономической активности и повышении прозрачности сектора.
Специальные фискальные платежи для недропользователей
Принципиально важно учитывать, что крупные недропользователи, помимо общеустановленных налогов, уплачивают специальные фискальные платежи: подписной бонус, налог на добычу полезных ископаемых (НДПИ), роялти и налог на сверхприбыль. Через эти инструменты государство целенаправленно перераспределяет ресурсную ренту.
Показателен пример НДПИ. С 2023 года ставки для горно-металлургического комплекса по твердым полезным ископаемым были повышены:
- по биржевым металлам — на 50%,
- по отдельным небиржевым — на 30%.
Это произошло на фоне ухудшения внешней ценовой конъюнктуры. В 2023 году среднее снижение мировых цен на экспортируемые металлы составило 11,3% (алюминий — −16,8%, цинк — −24%, медь — −3,8%).
Тем не менее поступления по НДПИ выросли с 548,2 млрд тенге в 2022 году до 715,5 млрд тенге в 2023 году (+30,5%). В 2024 году они достигли 925,3 млрд тенге, а в 2025 году — 1 143,4 млрд тенге. Даже при снижении цен в 2025 году в среднем на 12,1% рост поступлений по НДПИ составил 23,6%.
Это наглядно подтверждает: рост доходов бюджета обеспечен не ценовой конъюнктурой, а усилением налоговой нагрузки на крупный бизнес.
Прогрессивное налогообложение сверхдоходов
В новом Налоговом кодексе данная логика закрепляется институционально.
С 2025 года ставка НДПИ на добычу урана повышена с 6% до 9%, а с 2026 года вводится дифференцированная шкала, учитывающая объемы добычи и мировые цены. Аналогичный подход применяется к золоту и серебру — по мере роста цен увеличивается и фискальное изъятие.
Схожий принцип реализован и в экспортных пошлинах на сырую нефть. С августа 2023 года действует прогрессивная шкала: нулевая ставка сохраняется до цены 25 долларов США за баррель, однако при росте стоимости нефти применяется ставка до 236 долларов США за тонну. Это позволяет государству изымать большую долю экспортной ренты в периоды высокой доходности.
Дополнительно в новом Налоговом кодексе повышена ставка корпоративного подоходного налога для банков и игорного бизнеса — с 20% до 25%. По итогам 2025 года поступления по КПН составили 6 322,6 млрд тенге, что на 24,1% больше, чем в 2024 году. Основной вклад в рост обеспечен именно крупным бизнесом.
МСБ: поддержка вместо давления
На этом фоне изменения, затрагивающие МСБ, носят принципиально иной характер. Рост их доли в налоговых поступлениях связан с сокращением теневой экономики — ее объем снизился с 23,69% ВВП в 2019 году до 16,71% в 2024 году.
Отдельные меры, такие как запрет на вычеты по приобретениям у субъектов на упрощенном режиме, направлены не против МСБ, а против схем налоговой оптимизации крупного бизнеса, прежде всего в строительстве. Уже в первые месяцы 2026 года эта норма показала эффект: участники рынка отказываются от дробления бизнеса и выводят деятельность в легальное поле.
При этом для добросовестного МСБ условия, напротив, улучшены:
- для самозанятых отменена налоговая регистрация и уплата налогов (сохраняются только социальные платежи);
- порог применения упрощенной декларации увеличен до 2,6 млрд тенге;
- сняты ограничения по численности работников;
- отменена обязательная постановка на учет по НДС для пользователей данного режима.
Вывод
Противопоставление «крупный бизнес — против МСБ» является упрощением. Реальная налоговая модель Казахстана базируется на трех ключевых принципах:
- Повышенная нагрузка на крупный бизнес в периоды высокой доходности;
- Поддержка малого и среднего предпринимательства при одновременном ограничении злоупотреблений;
- Перераспределение экспортной и ресурсной ренты в пользу общественных и бюджетных целей.
Именно такая конструкция обеспечивает устойчивость бюджета и более справедливое распределение налоговой нагрузки между секторами экономики.
Источник: vlast.kz
